Украина в глобальных измерениях устойчивого развития

Характерным признаком прошлого века было неудержимое стремление человечества к обеспечению экономического и технологического развития. Успех измерялся преимущественно ростом валового внутреннего продукта. Считалось, что это автоматически приведет к благосостоянию и повышению уровня жизни людей.

Блестящая внешность прогресса почти всегда обеспечивалась за счет беспощадной эксплуатации и обеднения окружающей среды, экспансии «закона джунглей» - кто сильнее, тот и выживет. По сути, такие неразделимые сферы, как экономика, окружающая среда и общественные институты, функционировали изолированно друг от друга. Начала разрушаться сама естественная основа существования и внутреннего мира человека. Общество такого типа фактически жило за счет будущих поколений. Как следствие - в начале ХХI века мир столкнулся с глобальными экологическими проблемами, голодом и обнищанием большинства населения земного шара, деградацией морали, ростом региональных и межэтнических конфликтов, терроризмом.

Эти обстоятельства заставили прогрессивную международную общественность и известные негосударственные международные организации, такие как Римский клуб (с его знаменитой работой «Пределы роста»), Международный институт прикладного системного анализа (IIASA, Лаксембург, Австрия), Международную федерацию институтов перспективных исследований и другие, создать новый подход к преодолению указанных глобальных проблем, который получил название - концепция устойчивого развития (sustainable development). Он в значительной степени стал продолжением концепции ноосферы, сформулированной академиком В.Вернадским еще в первой половине ХХ века. Суть его заключается в обязательной согласованности экономического, экологического и человеческого развития таким образом, чтобы из поколения в поколение не уменьшались качество и безопасность жизни людей, не ухудшалось состояние окружающей среды и происходил социальный прогресс, учитывающий потребности каждого человека.

Для Украины, которая находится в поиске своего пути, очень важно не допустить принципиальных ошибок. Риск заключается в том, что значительно легче отдать предпочтение успешному «шаблону», в частности внешне привлекательному экономическому развитию, без учета в единой, целостной модели экологической и социальной сфер. Тем более что воплощение концепции устойчивого развития не гарантирует быстрого роста благосостояния людей, зато потребует напряженной работы и консолидированных усилий политиков, управленцев, ученых и всего прогрессивного населения Украины. Еще одним условием устойчивого развития является политическая воля со стороны высшего руководства государства на то, чтобы пройти тяжелым, но единственно правильным путем.

Концепция устойчивого развития

Теория и практика показали, что на рубеже веков учение Вернадского о ноосфере оказалось необходимой платформой для выработки триединой концепции устойчивого эколого-социально-экономического развития. Обобщение этой концепции были сделаны всемирными саммитами ООН в 1992 и 2002 годах, с участием более 180 стран мира, многих международных организаций и ведущих ученых. Таким образом, новая концепция системно объединила три главных компонента устойчивого развития общества: экономическую, природоохранную и социальную.

Экономический подход состоит в оптимальном использовании ограниченных ресурсов и применении природо-, энерго- и материалосберегающих технологий для создания потока совокупного дохода, который обеспечивал бы по крайней мере сохранение (не уменьшение) совокупного капитала (физического естественного или человеческого), с использованием которого этот совокупный доход создается . В то же время переход к информационному обществу приводит к изменению структуры совокупного капитала в пользу человеческого, увеличивая нематериальные потоки финансов, информации и интеллектуальной собственности. Уже сейчас эти потоки превышают объемы перемещения материальных товаров в семь раз [ru.wikipedia.org]. Развитие новой, «невесомой» экономики стимулируется не только дефицитом природных ресурсов, но и ростом объемов информации и знаний, что приобретают значение востребованного товара.

С точки зрения экологии, устойчивое развитие должно обеспечить целостность биологических и физических природных систем, их жизнеспособность, от чего зависит глобальная стабильность всей биосферы. Особое значение приобретает способность таких систем самовозобновляться и адаптироваться к различным изменениям, вместо сохранения в определенном статическом состоянии или деградации и потери биологического разнообразия.

Социальная составляющая ориентирована на развитие общества, на сохранение стабильности общественных и культурных систем, на уменьшение количества конфликтов в обществе. Человек должен стать не объектом, а субъектом развития. Он должен участвовать в процессах формирования своей жизнедеятельности, принятии и реализации решений, контроле за их выполнением. Важное значение для обеспечения этих условий имеет справедливое распределение благ между людьми (уменьшение так называемого GINI-индекса), плюрализм мнений и толерантность в отношениях между ними, сохранение культурного капитала и его разнообразия, прежде всего наследия доминирующих культур.

Системное согласование и сбалансирование этих трех составляющих - задача огромной сложности. В частности, взаимосвязь социальной и экологической составляющих приводит к необходимости сохранения одинаковых прав сегодняшних и будущих поколений на использование природных ресурсов. Взаимодействие социальной и экономической составляющих требует достижения справедливости при распределении материальных благ между людьми и предоставления целенаправленной помощи бедным слоям общества. И, наконец, взаимосвязь природоохранной и экономической составляющих требует стоимостной оценки техногенных воздействий на окружающую среду. Решение этих задач - главный вызов современности для национальных правительств, авторитетных международных организаций и всех прогрессивных людей мира.

Система глобальных измерений устойчивого развития

Важной проблемой на пути воплощения концепции устойчивого развития является формирование системы измерений (индексов и индикаторов) для количественной и качественной оценки этого очень сложного процесса. Главные требования к указанной системе измерений - ее информационная полнота и адекватность представления взаимосвязанной триады составляющих устойчивого развития. В этом направлении сейчас работают как известные международные организации, так и многочисленные научные коллективы, но однозначного согласования этой системы измерений пока не достигнуто.

Приведем систему измерений устойчивого развития, предложенную Институтом прикладного системного анализа НТУУ "КПИ".

Уровень устойчивого развития будем оценивать с помощью соответствующего индекса Iср, который рассчитывается как сумма индексов для трех измерений: экономического (Іекв), экологического (Іев) и социального (Ісв) с соответствующими весовыми коэффициентами. В свою очередь, каждый из индексов Іекв, Іев и Ісв будем рассчитывать с использованием известных в международной практике индексов и индикаторов.

Конечно, все индикаторы, влияющие на составляющие приведенных индексов, как и сами эти индексы, измеряются в различных единицах и имеют различные интерпретации. Поэтому они приводятся к нормированной форме таким образом, чтобы их изменения, как и изменения самих индексов, находились в диапазоне от 0 до 1. В таком случае наихудшие значения названных индикаторов будут соответствовать числовым значением, близким к 0, а лучшие - приближать эти значения к 1 . Такое нормирование позволяет рассчитать каждый из индексов Іекв, Іев, Ісв и Іср в виде усредненной суммы своих составляющих с соответствующими весовыми коэффициентами.

1. Индекс экономического измерения (Іекв) сформируем из двух глобальных индексов:

индекса конкурентоспособного развития (далее - индекса конкурентоспособности - Ік), разработанного организаторами Всемирного экономического форума (World Economic Forum). Этот индекс ежегодно рассчитывается для 117 экономик мира и публикуется в форме так называемого «Глобального отчета о конкурентоспособности». Воспользуемся этим отчетом за 2005 - 2006 годы [www.weforum.org]). Индекс конкурентоспособности формируется из таких трех индикаторов: индикатора технологического развития страны; индикатора гражданских институтов и индикатора макроэкономической среды. В свою очередь, эти три индикатора получают, используя 47 наборов данных о состоянии трансфера технологий и инновационного развития страны, уровня развития информационных и коммуникационных технологий, уровня расходов страны на исследования и развитие, уровня иностранных инвестиций, уровня независимости бизнеса от правительства, уровня коррупции в стране и прочее;

индекса экономической свободы (Іес), который разработан интеллектуальным центром фонда Heritage Foundation [www. heritage.org/research/features/index]. Он ежегодно печатается в Wall Street Journal. Индекс экономической свободы формируется из таких десяти индикаторов: торговой политики страны; фискальной нагрузки со стороны правительства; правительственной интервенции в экономику; монетарной политики; потоков капиталов и иностранных инвестиций; банковской и финансовой деятельности; политики формирования цен и оплаты труда; прав на частную собственность; политики регулирования; неформальной активности рынка. Эти десять индикаторов получают, используя 50 наборов разнообразных данных экономического, финансового, законодательного и административного характера.

По результатам обработки данных за 2005 год приведем перечень десяти лучших стран мира, исходя из индекса экономического измерения (табл. 1).

Достижение этих стран объясняются оптимальным сочетанием таких важных факторов развития экономики, как уровень и качество инноваций, приоритетная поддержка исследований, значительные иностранные инвестиции, с совершенным законодательством стран в сфере налогообложения бизнеса и высоких технологий, эффективной защитой частной собственности, и особенно интеллектуальной, низким уровнем коррупции , ориентацией политики стран на создание экономик по модели «благосостояния для всех» вместо модели «равнодушие к стихийному рынку». Наиболее ярко эту стратегию развития демонстрируют Финляндия, Дания, Исландия, Швеция.

Страны «большой восьмерки», за исключением США и Великобритании, уступают группе лидеров по качественным характеристикам экономического развития. В частности, они существенно проигрывают лидерам в качестве и масштабах инноваций, уровне коммерциализации науки, почти вдвое меньше финансируют исследования в сфере высоких технологий, имеют сравнительно устаревшее и менее гибкое законодательство в сфере налогообложения и развития высокотехнологичного бизнеса. По эффективности и прогрессивности своих экономик они достаточно компактно размещаются (за исключением России) в такой последовательности: США - 5-е место (Iекв = 0.537), Великобритания - 9-е место (Iекв = 0.542), Канада - 15-е место ( Іекв = 0.525), Германия - 16-е место (Іекв = 0.510), Франция - 19-е место (Іекв = 0.438), Италия - 20-е место (Іекв = 0.410), Россия - 98-е место (Іекв = 0.319).

Группа постсоциалистических стран, которые в начале своей независимости имели примерно равные стартовые условия, по состоянию на 2005 год оказались достаточно «разбросанными» в рейтинговой таблице по индексу экономического измерения. Так, Эстония занимает 12-е место (Іекв = 0.533), Чехия - 29-е место (Іекв = 0.459), Словакия - 37-е место (Іекв = 0.428), Венгрия - 40-е место (Іекв = 0.423), Латвия - 41-е место (Іекв = 0.420), Польша - 46-е место (Іекв = 0.400), Болгария - 61-е место (Іекв = 0.366), Молдова - 87-е место (Іекв = 0.325), Украина - 91-е место (Іекв = 0.319). Естественно, что эти страны находятся в процессе перестройки всех составляющих своих экономических и социальных систем. Те из них, которые скорее трансформировали производство, науку, образование, бизнес к рыночной, инновационной модели экономики, скорее демонстрируют положительные изменения. Это, прежде всего, Эстония, Чехия, Словакия, Венгрия, Латвия, Польша. Для Болгарии, Молдовы и Украины этот процесс проходит медленнее.

2. Индекс экологического измерения (Iев) будем оценивать с помощью известного индекса ESI (Environmental Sustainability Index), рассчитанного Центром по экологическому законодательству и политике Йельского университета (США) для 146 стран мира по состоянию на 2005 год [www.yale.edu/esi]. Индекс ESI сформирован из 21 экологического индикатора, которые, в свою очередь, рассчитывались на основе использования 76 наборов экологических данных о состоянии природных ресурсов в стране, уровне загрязнения окружающей среды в прошлом и сегодня, усилии страны в сфере управления экологическим состоянием, способности страны улучшить экологические характеристики и прочее.

Индекс ESI количественно определяет способность той или иной страны защищать свою окружающую среду как в текущий период времени, так и в долгосрочной перспективе, исходя из следующих пяти критериев: наличие национальной экологической системы; возможность противодействия экологическим воздействиям; снижение зависимости людей от экологических воздействий; социальные и институциональные возможности страны отвечать на экологические вызовы; возможность глобального контроля за экологическим состоянием страны. Кроме того, этот индекс может использоваться как мощный инструмент для принятия решений на аналитическом уровне с учетом социальных и экономических измерений устойчивого развития страны.

Исходя из данных [www.yale.edu/esi], десять лучших стран мира по индексу ESI представлено в табл. 2.

Страны-лидеры (табл. 2) имеют сравнительно неплохие природные ресурсы, невысокую плотность населения, они достигли хороших результатов в организации комплексных природоохранных мероприятий.

Страны «большой восьмерки», за исключением Канады, не принадлежат к мировым лидерам по состоянию охраны окружающей среды и имеют достаточно посредственные значения ESI-индекса. В частности, Канада занимает 6-е место (ESI = 0.644), Япония - 30-е (ESI = 0.573), Германия - 31-е (ESI = 0.569), Россия - 33-е (ESI = 0.561), Франция - 36 -то (ESI = 0.552), CША - 45-е (ESI = 0.529), Великобритания - 65-е (ESI = 0.502), Италия - 69-е (ESI = 0.501). Это объясняется приоритетным стремлением этих стран к наращиванию ВВП по сравнению с природоохранными мерами, и достаточно интенсивным использованием природных ресурсов.

Интересным является сравнение группы постсоциалистических стран, которые в конце 80-х годов прошлого века были примерно в одинаковых экологических условиях. Теперь Латвия находится на 15-м месте (ESI = 0.604), Эстония - на 27-м (ESI = 0.582), Словакия - на 48-м (ESI = 0.528), Венгрия - на 54-м (ESI = 0.520), Молдова - на 58-м (ESI = 0.512), Болгария - на 70-м (ESI = 0.500), Чехия - на 92-м (ESI = 0.466), Польша - на 102-м (ESI = 0.450), Украина - на 108-м (ESI = 0.447).

Из приведенных данных видно, что между странами существуют существенные различия как в состоянии окружающей среды, так и в долгосрочных тенденциях относительно ее изменений. Уровень экономического развития страны, выраженный в объемах ВВП на душу населения по паритету покупательной способности, не обязательно гарантирует улучшение состояния ее окружающей среды. В этом плане более существенными факторами оказались невысокая плотность населения, экономическая состоятельность преодолевать экологические вызовы и качество управления природоохранными мероприятиями и разработкой природных месторождений.

3.Индекс социального измерения (Iсв) сформируем путем усреднения трех глобальных индексов:

Индекса качества и безопасности жизни (Ія), разработанного международной организацией Economist Intelligence Unit [www.en.wikipedia. org]. Этот индекс формируется с помощью таких девяти индикаторов: ВВП на душу населения по паритету покупательной способности; средней продолжительности жизни населения страны; рейтинга политической стабильности и безопасности страны; количества разведенных семей на 1000 населения; уровня общественной активности (активность профсоюзов, общественных организаций и др.); разницы по географической широте между климатически более теплыми и холодными регионами страны; уровня безработицы в стране; уровня политических и гражданских свобод в стране; соотношение между средней заработной платой мужчин и женщин.

Индекса человеческого развития (Ілр), который используется программой ООН United Nations Development Program. Он формируется с помощью таких трех индикаторов: средней продолжительности жизни населения страны; уровня образованности и стандарта жизни населения страны что измеряется ВВП на душу населения по паритету покупательной способности (ВВП по ППС).

Индекса общества, основанного на знаниях, или К-общества (Ікс), разработанного департаментом ООН по экономическому и социальному развитию - UNDESA [UN publication №Е.04.ИИ.С.1,2005]. Этот индекс определяется тремя основными индикаторами: интеллектуальными активами общества; перспективностью развития общества и качеством развития общества, которые, в свою очередь, формируются с помощью 15 наборов данных об уровне охвата молодежи образованием и информацией, инвестиционный климат в стране, уровень коррупции, неравенство распределения материальных и социальных благ (GINI-индекс), уровень детской смертности и тому подобное.

Успех этой группы стран в достижении самых высоких социальных стандартов жизни формируется не только за счет высокого благосостояния (выраженного в объемах ВВП на душу населения по паритету покупательной способности). Важнее, что названные страны осуществляют последовательную политику, направленную на гармонизацию основных факторов, влияющих на социальное развитие. Они достигли в 1,2-1,5 раза более низкое, чем в странах «большой восьмерки», неравенство общества (выраженное с помощью GINI-индекса). В этих странах очень низкие расходы на оборону и одни из самых высоких в мире расходы на здравоохранение, образование, развитие средств массовой информации и коммуникаций. Как следствие - они имеют высокий рейтинг политической стабильности, значительный уровень политических и гражданских свобод, очень низкий уровень коррупции, низкую детскую смертность, сравнительно высокую среднюю продолжительность жизни населения.

Видим, что, за исключением Японии, страны «большой восьмерки» не входят в десятку лидеров по индексу социального развития. Они разместились довольно компактно в первой - третьей десятках рейтинговой таблицы. Исключением стала только Россия. Есть такая последовательность стран: Япония - 8-е место (Iсв = 0.792), США - 14-е место (Iсв = 0.779), Канада - 15-е место (Iсв = 0.777), Германия - 16-е место (Iсв = 0.776), Великобритания - 17-е место (Iсв = 0.773), Италия - 21-е место (Iсв = 0.759), Франция - 24-е место (Iсв = 0.754), Россия - 81-е место (Iсв = 0.520) . Концентрация больших богатств в этих странах автоматически не обеспечивает высоких социальных стандартов жизни. Для них характерны большие расходы на оборону, значительно выше, чем у предыдущей группы, неравенство общества, низкий рейтинг политической стабильности и ниже среднего уровня образованность населения, за исключением Японии, в 1,3-1,5 раза выше смертность (в России она выше в 4 раза по сравнению с другими представителями этой группы).

Для группы постсоциалистических стран за последние 20 лет характерным стало значительное расслоение по уровню социального развития. Они имеют такие рейтинги: Чехия - 28-е место (Iсв = 0.702), Венгрия - 32-е место (Iсв = 0.686), Словакия - 34-е место (Iсв = 0.673), Польша - 36-е место (Iсв = 0.664), Эстония - 44-е место (Iсв = 0.657), Латвия - 47-е место (Iсв = 0.649), Болгария - 49-е место (Iсв = 0.627), Украина - 72-е место (Iсв = 0.554) , Молдова - 78-е место (Iсв = 0.553).

Принципиально важно, что страны этой группы, стали членами или кандидатами в члены ЕС, достигли более высоких социальных стандартов жизни по сравнению с Украиной и Молдовой, которые отодвинулись в рейтинговой таблице, соответственно, на 72-е и 78-е места. В связи с низким рейтингом политической стабильности, неопределенной социальной и экономической политикой последних двух стран, они существенно уступают первым практически по всем индикаторам социального измерения, за исключением некоторых образовательных индикаторов и индикаторов, связанных с гражданскими свободами.

Сравнение стран по индексу устойчивого развития

Индекс устойчивого развития (Іср) будем рассчитывать по формуле:

Іср = 0.43 * Іекв + 0.37 * Іев + 0.33 * Iсв, в которой использованы масштабирующие коэффициенты для обеспечения одинакового веса экономического, экологического и социального измерений в индексе устойчивого развития. Десять стран-лидеров представлены в табл. 4.

Страны-лидеры относятся к супердержавам с доминирующими идеологиями и экономиками. Базовые отрасли промышленности этих стран не сориентированы на использование значительных природных ресурсов и дешевой рабочей силы. Характерная особенность этих стран - доминирование в структуре добавленной стоимости их экономик значительной части интеллектуального и высокотехнологичного труда. Все эти страны находятся среди мировых лидеров по индексам экологического измерения, конкурентоспособности и по индексу общества, основанного на знаниях. Они очень активны в инновационной деятельности, направляют около 3% и более ВВП на исследования и развитие.

С начала 90-х годов прошлого века эти страны активно развивали у себя модель «экологической экономики» и «экономики знаний». Они начали массово производить новые знания, «экосистемные» товары и услуги, а через несколько лет ввели в свою стратегию еще один продуктивный фактор развития - социальный капитал. Поэтому на сегодня это страны с хорошо гармонизированными составляющими устойчивого развития: экономической, экологической и социальной. Они в наибольшей степени приблизились к модели умного (Smart) общества, что является высшей формой развития общества, основанного на знаниях.

Страны «большой восьмерки», за исключением Канады, не входят в десятку лучших по индексу устойчивого развития. По этому показателю они расположены в такой последовательности: Канада - 8-е место (Іср = 0.719), США - 12-е место (Іср = 0.693), Германия - 18-е место (Іср = 0.685), Япония - 21-е место (Іср = 0.679), Великобритания - 26-е место (Іср = 0.673), Франция - 30-е место (Іср = 0.640), Италия - 38-е место (Іср = 0.611), Россия - 80-е место ( Іср = 0.515). Хотя по абсолютным объемам ВВП они лидируют в мире, по качественным характеристикам развития экономики, обновления ресурсов окружающей среды и развития социального капитала они находятся во второй-третьей десятках стран мира.

Исключением в этой группе является Россия, которая, хотя формально и принадлежит (по объемам ВВП) до «большой восьмерки», - по качественным характеристикам развития полностью выпадает из нее. Зависимость экономики России от энергетического сектора чрезвычайно велика. Он обеспечивает стране около 25% ВВП и 50% национального экспорта, что делает ее чрезвычайно чувствительной и зависимой от конъюнктуры глобальных рынков. Это приводит к сужению диверсификации экономических интересов России, что, в свою очередь, порождает агрессивную государственно-монопольную внешнюю политику страны в энергетической сфере.

Что касается внутреннего контекста, то Россия является ярким примером негармонизированного общества. За счет торговли сырьевыми ресурсами она накопила в своем стабилизационном фонде огромные капиталы, которые не направляются на адекватное социальное развитие. Как следствие - Россия находится на 136-м месте среди 191 страны - членов ООН по индексу неравномерности распределения социальных и материальных благ (GINI-Index 45.62). Такой высокий индекс неравенства является показателем значительной внутренней напряженности между различными слоями и социальными группами общества. Для сравнения: Украина находится на 79-м месте в этом списке (GINI-Index 28.96), что также должно быть тревожным сигналом для украинского политикума.

Постсоциалистические страны оказались «разбросанными» с 28-го по 88-е место в рейтинговой таблице по индексу устойчивого развития. Эстония занимает 28-е место (Іср = 0.660), Словакия - 34-е (Іср = 0.633), Латвия - 37-е (Іср = 0.612), Чехия - 42-е (Іср = 0.600), Венгрия - 44-е (Іср = 0.599), Польша - 61-е (Іср = 0.557), Болгария - 70-е (Іср = 0.548), Молдова - 84-е (Іср = 0.510), Украина - 88-е (Іср = 0.508).

Для этих стран, и особенно для Украины, важно не столько их текущее состояние по индексу устойчивого развития, как динамика качественных изменений и масштабы расслоения, произошедшие в этой группе в течении последних 15 - 20 лет. Исходя примерно из одинаковых стартовых условий конца 80-х годов прошлого века (а в Украине они были, пожалуй, лучшие), страны этой группы за исторически короткий промежуток времени прошли через очень разные политические, экономические, ментальные изменения. Лучшие примеры успешного устойчивого развития продемонстрировали Эстония, Чехия, Словакия, худший - Украина.

Беспокоит даже не то обстоятельство, что Украина практически по всем определяющим индексам, индикаторам и показателям устойчивого развития существенно уступает не только мировым лидерам и странам «большой восьмерки», но и всем постсоциалистическим странам, которые были взяты для сравнения (табл. 4). Принципиально важным является то, что Украина до сих пор находится в состоянии дискуссии по поводу своей национальной идентичности, она еще не определилась с политикой и стратегией собственного развития. При таких условиях лучшие реформы экономики, науки, образования, инновационной сферы не дадут желаемых результатов, поскольку эти реформы являются производными от главного - политического определения путей развития государства.

Если же предположить, что Украина наконец определится со своей национальной идеей и с эффективной системой власти и будет готова к быстрым общественным преобразованиям, то возникнет вопрос - какую модель развития ей выбрать?

Наверное, российская модель и модель ЕЭП (как определяющая) будет мало перспективной для Украины. Прежде всего потому, что эта модель преимущественно будет определяться ресурсо-ориентированным и ресурсо-энергозатратным характером экономики России и в меньшей степени - инновационным, европейским. Поэтому в ЕЭП успешными могут быть экономики ряда стран СНГ, богатых ресурсами и объективно не заинтересованных в приоритетном развитии социального (человеческого) капитала. Украина же в таком альянсе будет лишена возможности активно использовать именно этот, самый важный для нее капитал для собственного развития. Ей придется рассчитываться с партнерами дешевой рабочей силой, экологическими квотами и другими составляющими своей национальной безопасности. Украине было бы целесообразно, находясь вне формата ЕЭП, продолжать сотрудничество с этой группой стран на взаимовыгодной основе.

Копирование модели либерального капитализма, что доминирует в странах «большой восьмерки» и некоторых странах Юго-Восточной Азии, также является неперспективным. Хотя эти страны и пытаются быстро адаптироваться к глобальным изменениям, но им не под силу преодолеть главный недостаток указанной модели. Она заключается в безусловной максимизации прибылей в пользу ограниченной социальной группы «хозяев жизни», а это, в свою очередь, приводит к истощению природных и социальных ресурсов, на которых основывается благополучие и гуманитарное развитие людей, а также выживание биологических видов.

Кризис наработки национальной идеологии и стратегии развития Украины, ято затянулся, может сыграть и положительную роль. Это роль «чистого листа», на которій Украина имеет шанс положить наработанный миром лучший опыт. А это опыт гармонизированного, устойчивого развития общества, в котором благосостояние людей, окружающая среда, природные ресурсы и человеческий капитал, воплощенный в достижениях науки, образования, прорывных технологиях, высоких моральных ценностях, - категории неразделимые, равнозначные, что взаимно дополняют и обогащают друг друга.

Автор: Михаил Згуровский, ректор НТУУ «КПИ» || Газета "Зеркало недели", №19, 20-26 мая 2006