You are here

Белоус Михаил Вячеславович: он звал нас из будущего. Светлой памяти.


КПІ - 1970-ті. Кафедра загальної фізики

26 января - день памяти Михаила Вячеславовича Белоуса, заслуженного профессора НТУУ "КПИ", патриота Киевской политехники, с которой в течение 60 лет была связана его жизнь. 29 ноября 2010 г. ему исполнилось бы 80 лет.

В дни, предшествующие дню рождения и дню памяти Михаила Вячеславовича, собираются его ближайшие коллеги, друзья и ученики, чтобы вспомнить добрым словом дорогого нам человека, нашего учителя и друга. Есть что вспомнить и мне.

В ноября 1971 года я был принят на учебу в аспирантуру при КПИ на кафедре металловедения, термической обработки и физики металлов. Научным руководителем диссертации был назначен заведующий кафедрой проф. Вячеслав Георгиевич Пермяков. И вот перед первой беседой с Вячеславом Георгиевичем состоялось мое знакомство с Михаилом Вячеславовичем Билоусом.

Михаил Вячеславович был одним из ведущих лекторов кафедры (тогда еще - кандидат наук, доцент; докторскую защитил в 1972 году). Его большой стол сталинской эпохи, обитый коричневым дермантином, стоял слева от входа в кабинет заведующего кафедрой. Михаил Вячеславович был одет в серый ворсистый свитер, привезенный из США, где незадолго до этого проходил научную стажировку в ранге "постдока".

Безупречный "фитцжеральдовский" пробор. Легкая седина. Короткое рукопожатие. Ясный взгляд "глаза в глаза". Доброжелательная улыбка "на западный манер" (чи-и-из!). Обычные в таком случае слова, как принято "по протоколу". Это была наша первая встреча, а всего за период с 1971 по 2008 год, по моим подсчетам, их было не менее полутора тысяч, во время которых мы обсуждали и осмысливали все.

Моя первая научная статья (из тонких пленок системы "медь-марганец") была подсказана Михаилом Вячеславовичем; более того, он показал, как это надо делать: ее "скелет" написал своей рукой. "Первую статью аспиранта должен написать его руководитель", - говорил Михаил Вячеславович.

Помню и первую из созданных нами вместе лабораторий - лабораторию вакуумных технологий для получения тонких слоев металлов и сплавов, что начала действовать осенью 1972 года. Это была маленькая комнатка на лестничной клетке третьего этажа корпуса № 6, в которой до создания тонкопленочной лаборатории размещался гардероб кафедры гражданской обороны.

Михаил Вячеславович в то время занимал должность начальника Научно-исследовательского сектора КПИ и нашел возможность выделить для этой лаборатории должность инженера, что ускорило выполнение экспериментальной части диссертационных исследований аспирантов.

Мы "получили" (термин тех времен) первые в КПИ вакуумные установки промышленного производства. До этого на кафедре было только вакуумное оборудование, собранное умельцами.

При подготовке моей диссертации к защите Михаил Вячеславович дал ряд ценных советов, продемонстрировав глубокие и разнообразные знания (и не только в области тонкопленочного металловедения). Помню, он тогда сомневался при обсуждении обнаруженного нами эффекта: в квазидвошаровых пленках системы "Cu-Mn", полученных испарением фракционируючих сплавов меди с 15-25 ат. % марганца, при термической обработке марганец из глубинных слоев двигался к внешней поверхности с образованием на ней оксидов марганца. Получалось, что марганец "изымается" из квазишара марганца. "Как это -" изымается? »- спрашивал Михаил Вячеславович. - Не факт! "

Как хорошо, что тогда (в 1974 году) мы "не прошли мимо" этого эффекта! При защите докторской эффект влияния процессов на внешней поверхности тонких металлических пленок на развитие диффузного фазосоздания в объеме стал одним из защитных положений диссертации.

Посещали мы и лекции Михаила Вячеславовича по физике металлов. Было тогда на кафедре такое правило (прекрасное!), чтобы аспиранты в порядке педагогической практики слушали лекции ведущих преподавателей и вели занятия.

После блестящих лекций преподавателей Московского института стали и сплавов меня было трудно удивить, но первых впечатлений от лекций Михаила Вячеславовича было достаточно, чтобы убедиться: он - методист-профессионал высочайшего уровня. Кстати, свои конспекты лекций он давал и студентам, которые просили что-то переписать (хотя тогда не было ксероксов, и риск потерять их был большим).

Михаил Вячеславович никогда не оставлял без ответа вопросы студентов на лекциях и никогда не забывал продолжить обсуждение, если вопросы казались ему дискуссионными или нестандартными.

Помню наши беседы о ангармонизме колебаний атомов решетки как причину теплового расширения металлов. Михаил Вячеславович меня убедил, но для этого нужны были две дополнительных встречи на консультациях.

В 1975 году я попросил Михаила Вячеславовича перевести меня на кафедру общей физики, которую он возглавлял, в проблемную лабораторию полупроводников. Ею тогда заведовал к.ф.-м.н. Юрий Михайлович Алтайский, а Михаил Вячеславович был научным руководителем проблемной лаборатории. Наше предложение развивать в КПИ направление тонкопленочного материаловедения было поддержано и проректором по научной работе Всеволодом Ивановичем Костюком, и ректором Григорием Ивановичем Денисенком.

Затем мы уже все делали вместе. И, несмотря на разницу в 17 лет, барьеров между нами не было. Михаил Вячеславович всегда подчеркивал, что "все это было сделано вместе", не забывая сказать об участии ближайших коллег. Мы действительно никогда не разделяли вклад каждого из нас, это даже ни разу за 37 лет сотрудничества не обсуждался, просто невозможно было разделить. Мы были единомышленниками - и этим все сказано, но авторитет, опыт и знания Михаила Вячеславовича в реализации намеченного играли решающую роль.

Пишу, что все делали вместе, и ловлю себя на мысли, что рука не поднимается написать: "под руководством Михаила Вячеславовича", - настолько необычной, нестандартной была форма выполнения им функций руководителя. Сын врача-психиатра, Михаил Вячеславович блестяще знал психологию людей. Он никогда не давал поручений, указаний в привычной для большинства из нас форме, а когда надо было что-то сделать с помощью подчиненных, начинал разговор в форме приглашения: "Давайте посоветуемся".

В 70-80-е гг. прошлого века в КПИ начался этап активного развития пленочного металловедения. Мы создали прекрасные для того времени новые исследовательские лаборатории: электронной микроскопии, рентгенографии, металлографии, ферромагнитного резонанса, вторично-ионной масс-спектрометрии, Оже-спектроскопии, оптических измерений, вакуумных технологий - все они специализировались на исследованиях именно тонких металлических слоев сложного состава.

Не могу не сказать об особой роли в этих делах коллег - выпускницы кафедры физики металлов Эллы Марчевской, моего большого друга и соратника в течении многих лет, в настоящее время - заместитель декана ФМФ, а также выпускницы Одесского политехнического Людмилы Гермаш, которая пришла к нам в 1975 году, ныне - зав. каф. общей физики и физики твердого тела, - людей большой энергии и инициативы, с которыми мы непосредственно занимались созданием материально-технической базы лабораторий нового научно-технологического направления.

Трудно даже перечислить все то, что было сделано Михаилом Вячеславовичем и для кафедры общей физики, и для кафедры физики твердого тела и для кафедры физики металлов, бессменным профессором которой он был все годы с момента избрания меня заведующим этой кафедры в 1991 году. Назову только главное, что имело решающее значение для развития кафедры физики металлов.

В 1993 году был открыт филиал кафедры физики металлов в Институте металлофизики им. Г.В. Курдюмова НАН Украины. По предложению Михаила Вячеславовича на должности профессоров были приглашены академики НАН Украины А.П. Шпак и В.В. Немошкаленко, а директором филиала кафедры в Институте металлофизики был назначен заведующий отделом Института металлофизики проф. Н.А. Васильев, исключительно много сделавший для реализации настоящей модели физико-технического образования на кафедре физики металлов.

В 1998 году была создана совместная с НАН Украины учебно-научная лаборатория диффузии в тонких слоях двойного (Института проблем материаловедения им. И.М. Францевича НАН Украины и НТУУ "КПИ") подчинения; совместный приказ Президиума НАН Украины и Министерства образования Украины №324 / 474, подготовленный при участии Михаила Вячеславовича, был издан 31 декабря 1998.

В 2000 - 2002 годах при непосредственном участии Михаила Вячеславовича и при поддержке НАН Украины на кафедре физики металлов были открыты новые междисциплинарные специализации "Компьютерные методы в материаловедении", "Биосовместимые металлические материалы" и "Металлические материалы в медицине".

Михаил Вячеславович Белоус написал концепцию издания на кафедре физики металлов серии монографий "Современные проблемы теоретического и прикладного материаловедения", которая была утверждена Министерством образования Украины, и при поддержке министра образования Украины, ректора НТУУ "КПИ" М .С. Згуровского с 1998 года серия начала издаваться силами кафедры.

С участием Михаила Вячеславовича авторским коллективом в составе: М.В. Белоус, М.А. Васильев, Е.В. Иващенко, Д. Холмская, С.И. Сидоренко в 1997 году был создан электронный учебник "Строение жидких, аморфных и кристаллических материалов" с грифом Министерства образования Украины. Это был первый и, насколько нам известно, пока единственный электронный учебник по физическому материаловедению в СНГ.

Развитие идей, заложенных в методику создания электронного учебника "Строение ..." и подготовленной на этой основе диссертации Г.Д.Холмской "Методика проектирования программно-педагогических средств с материаловедческих дисциплин" привели к созданию на кафедре физики металлов виртуального информационного пространства - компьютерной сети PhysMetNet - методично нового инструмента организации самостоятельной работы студентов, что открыло и новые возможности для педагогической деятельности, внедрения современных технологий образования и научных исследований. Кстати, именно Михаилу Вячеславовичу принадлежит идея подготовки диссертации на стыке материаловедения, информатики и педагогических наук. Так рождался еще одно новое научное направление - педагогика компьютерных технологий в материаловедении.

Из всего сделанного Михаилом Вячеславовичем не могу не вспомнить одно дело, что имела значение не только для кафедры физики металлов и для КПИ, но и для всей системы высшего профессионального (физико-технического) образования Украины - создание в КПИ физико-технического факультета двойного (НАН Украины и Минобразования Украины) подчинения.

. В 1993 г. ректор КПИ М.З. Згуровский предложил создать в КПИ физико-технический факультет - факультет нового типа для талантливой молодежи. С участием Михаила Вячеславовича были подготовлены базовые документы, необходимые для создания нового факультета (концепция деятельности, содержание курсов, проект учебного плана, структурно-логические схемы, проекты приказов), проведен ряд совместных с руководством НАН Украины совещаний, на которых все сделанное было одобрено.14 февраля 1995 г. Б.Е. Патон и М.З.Згуровский подписали совместный приказ о создании в КПИ физико-технического факультета.

Теперь успехи студентов Физтеха КПИ известны далеко за пределами Украины; сейчас (под руководством профессора А. М. Новикова - неизменного декана с 1995 года) студенты Физтеха стали победителями мировых студенческих олимпиад по математике и информатике; спрос на выпускников Физтеха - специалистов с прекрасной широкой фундаментальной подготовкой - один из самых высоких среди выпускников факультетов КПИ естественного профиля.

Перечень добрых дел Михаила Вячеславовича можно продолжать и продолжать.

Теперь хочу сказать о некоторых деталях характера, личности Михаила Вячеславовича. Он был профессионалом и патриотом высшей школы. "В системе высшей школы надо прежде всего научиться хорошо излагать!» - любил говорить Михаил Вячеславович. Для этого надо зубрить лекции, доклады, выступления, тогда приходит не только понимание, но и знания. Другого пути не существует. "Знание - это то, что осталось после того, как понятное и изученное забылось, а вызубренное - немножко осталось!» - Говорил Михаил Вячеславович.

И еще: "Лектор с мелом и на доске должен работать вместе со студентами, рисовать дислокации и дисклинации, даже если на это уходит 40 минут лекционного времени. Тогда и темп лекции будет посильным для адаптации материала студентами ".

Несмотря на огромный лекторский опыт, Михаил Вячеславович продолжал серьезно готовиться к каждой лекции. Часто в совместных командировках приходилось видеть, как он "на коленке" повторяет вывод формул, выполняет сложные выкладки, готовясь к ближайшим лекциям в дни после командировки.

Методически безупречные формулировки шлифовались годами (так, например, рождался наш электронный учебник "Строение жидких, аморфных и кристаллических материалов»). Поэтому базовая, содержательная часть лекций с "классических" предметов из года в год читались "слово в слово" (настолько все было выверено). Это касается курсов лекций с "классических" предметов, в которых давались уже устоявшиеся научные представления. В спецкурсах в рамках магистерской подготовки, где давались научные знания что быстро обновлялись, о повторах через 20 лет "слово в слово" не могло быть и речи.

Михаил Вячеславович особенно любил металловедение как описательную науку. Описание металлографических структур приносило ему удовольствие.

Своих подопечных он учил ясности и четкости изложения, "не экономить" на словах, использовать столько слов, сколько необходимо, чтобы мысль была сформулирована завершено, методично самодостаточно. Любовь Михаила Вячеславовича к словесности была общеизвестной. Спрашивал на экзаменах студентов: "Вы читали Уильяма Фолкнера "Шум и ярость? Учитесь ясности языка на примере этого писателя".

У многих начинаниях - и в науке, и в педагогической деятельности - им руководила любознательность, которую он сохранил до конца своих дней. А это как? А чего так? Понять до глубины, до мельчайших деталей, до источников явления: "Это интересно!" И описать методично точно, чтобы это было понятно и другим. В таких делах Михаил Вячеславович был непревзойденным мастером еще и потому, что блестяще владел искусством риторики и увлекался словесностью.

"Для меня все люди делятся на две категории: кто "пишет" и кто "не пишет". В эти слова он вкладывал следующее содержание: тот, кто пишет, - шлифует, структурирует, систематизирует свои знания, оттачивает формулировки, готовит свои знания и мысли к следующему использованию (в лекциях, книгах, в проектах, в научно-организационной деятельности). И сам Михаил Вячеславович очень любил писать, чем и занимался ежедневно дома, после возвращения с работы, а также в утренние часы.

А "кто не пишет» - не развивается, не совершенствуется, "закисает" (как он любил говорить). Словом, "не пишет" - это остановка, грозный признак отставания.

Михаил Вячеславович всегда был аккуратно и элегантно одетый. Обувь блестящая, брюки выглаженные, рубашки всегда - свежие. Пробор четко обозначен. Это, к сожалению, теперь приходится ставить в пример некоторым нашим молодым преподавателям. Вообще, многое из того, что делал и чему учил нас Михаил Вячеславович, очень полезно знать молодым коллегам, студентам, чтобы следовать этому высокому образцу.

Интеллигентный, выдержанный, безупречно корректен ... Другим Михаила Вячеславовича мы не знали. Однако, несмотря на внешнюю мягкость, в отстаивании принципиальных вещей он был непреклонен. Не прощал невежества. Все, что мог сделать для улучшения диссертации соискателей, - делал, но если был против по принципиальным соображениям, то был принципиальный "до конца". И кафедра общей физики и физики твердого тела, которой Михаил Вячеславович заведовал более 30 лет, и кафедра физики металлов видели достаточно примеров.

Он никогда ни о чем не просил, а не ходатайствовал о каких-то привилегиях для себя, не просил преподавателей поставить незаслуженные оценки "нерадивым родственникам", не ожидал наград. Он был над всем этим. Хотя, конечно же, был достоин самых высоких наград. Человек с цивилизованного будущего - многим казался не от мира сего.

Когда кафедра выдвигала своих представителей на получение почетного звания "Заслуженный работник образования Украины", среди них был и Михаил Вячеславович. Но так случилось, что, как мы выяснили позже, его документы на какой стадии потерялись. А второй раз Михаил Вячеславович наградные документы не подавал. Меня все время мучает совесть, что мы не "отследили" прохождения наградных документов на всех этапах этого процесса. А не сделали этого лишь по той причине, что, казалось, Михаил Вячеславович заслуживает почетное звание вне всяких документов.

Михаил Вячеславович был известным ученым в области физики конденсированного состояния. Им выполнены глубокие исследования с фазовых превращений в сталях, с физического материаловедения тонких пленок, влияния процессов на поверхности на развитие диффузного массопереноса в объеме, диффузионного формирования структуры и физических свойств металлических и подобных систем.

Михаил Вячеславович имел глубокие, энциклопедические научные знания, широкие и разносторонние научные интересы. Об этом свидетельствуют не только написанные им монографии и учебники, новые актуальные научные проекты и подготовленные под его руководством (или с его участием) диссертации, но и огромное количество (по нашим оценкам - не менее ста) выступлений как оппонента по докторским и кандидатским диссертациям. Его авторитет в научных кругах Национальной академии наук Украины и системы высшего образования Украины был исключительно высоким.

... Я много размышлял о том, что значит для нас Михаил Вячеславович. Почему его роль в нашей жизни - жизни молодых ученых - и в жизни многих-многих других людей оказалась столь значительной? Почему с годами не забываются детали общения с ним, почему раз за разом в сложных ситуациях (и в науке, и в преподавании, и в жизни) мы мысленно обращаемся к нему: "А как бы сделали Вы? Как бы Вы посоветовали? »(Он так любил эту схему - посоветоваться). Почему Михаил Вячеславович значит для нас больше, чем многие другие? Ответов может быть множество, и каждый из нас предложит свое видение. И, наверное, каждый будет прав по-своему.

Мне кажется, что Михаил Вячеславович вобрал в себя все лучшее, что было в послевоенном КПИ, когда это была одна семья - семья КПИ. Учебные корпуса (тогда - к улице Политехнической), общежития, парк, жилые дома для семей профессуры ... Огиевские, Кильчевские, Орнатские, Павловы, Горделадзе, Холмские-Лукашенко, Белоусы (всех невозможно перечислить), некоторые из которых поселились еще "за царя-батюшки ". Учредители всемирно известных научно-педагогических школ - гордость и слава КПИ. Здесь в семье профессора КПИ Е.А. Патона родился нынешний президент НАН Украины, выпускник КПИ Б.Е. Патон. Все это было рядом, все были вместе, действительно - как "в семье". В среде университетской интеллигенции КПИ царила особая атмосфера - открытости, искренности, высоких стремлений.

Михаилу Вячеславовичу, который сформировался в этой среде, - яркому, молодому, талантливому - было дано видеть жизнь как из будущего - образованного, совершенного, цивилизованного. С высшими образцами профессионализма и стандартов "в человеческом измерении", чем это было в нашей прошлой и продолжает оставаться в сегодняшней действительности. Не доказывая непосредственно, он своей жизнью убеждал, что такое будущее действительно привлекательнее. К Михаилу Вячеславовичу как к носителю этого образа невозможно было не тянуться, в чем и заключается объяснение, на мой взгляд.

Удивительным образом соединив в себе звучание многих жизней, Михаил Вячеславович обладал даром видеть то, что другим было не дано. И сегодня он словно приходит к нам - не из прошлого, а все еще из будущего, в котором мы хотели бы видеть себя лучше, чем, наверное, мы сегодня.

С.И.Сидоренко, зав. каф. физики металлов, проф.

x

Електронний кампус

Інформаційні ресурси

Викладачі КПІ

GitHub репозиторій