You are here

Дмитрий Менделеев: не только наука. К 180-летию со дня рождения Д. И. Менделеева


Ілля Репін. Портрет Д.І.Менделєєва у мантії професора Единбурзького університету, 1885 р.

Талантливый человек - талантлив во всем. Наглядным подтверждением этого известного выражения является личность Дмитрия Менделеева. О его научных открытиях, работах и интересах известно много. Значительно меньше вспоминают о его художественных вкусах и увлечениях. А искусство занимало особую роль в его жизни. Более того, его дом в течении нескольких десятилетий был одним из центров притяжения для многих известных художников.

Искусством он интересовался всегда. В 1870 году он с некоторыми художниками и любителями фотографии (напомним, тогда это была совсем новое дело, которое требовало специальных знаний и навыков) организовал кружок, целью которого было «применение фотографии к распространению произведений русского искусства». Но настоящее увлечение началось с романтической истории его любви. Анна Ивановна Попова - его будущая вторая жена - была значительно моложе. Когда они познакомились, он был уже всемирно известным ученым, а она только принятой в первую женскую группу Императорской Академии художеств студенткой. В те времена Анна Ивановна жила в семье родной сестры Менделеева Екатерины Ивановны, с которой Дмитрий Иванович был очень близким. Скоро ее семья переехала на квартиру Менделеева, в которой он тогда жил один, и встречи их стали ежедневными. Но из-за разницы в возрасте и, главное, через брак, который, правда, фактически перестал существовать задолго до этого, он долго не мог признаться. В течении длительного времени, до официального развода с первой женой, он считал свою любовь безнадежной и только ежедневно писал девушке письма, которые, впрочем, никогда не отсылал. Она прочитала их уже после бракосочетания. В них, в частности, он мечтал о том, чтобы стать «ступенькой», которая помогла бы подняться любимой выше.

Свое желание стать «ступенькой» для молодой девушки, с которой стремился жениться, Дмитрий Иванович начал воплощать довольно быстро и в своеобразный способ. Как позже писала в своих воспоминаниях Анна Менделеева, «он хотел облегчить мне со временем доступ в художественный мир, для чего стал посещать выставки, мастерские художников, знакомиться с ними и увлекся так, что начал покупать картины. Художники стали бывать у него, и вскоре начались известные менделеевские «среды».

Традиция таких встреч сохранилась и после женитьбы Дмитрия Ивановича и Анны Ивановны. В их гостеприимный дом приходили выдающиеся тогдашние российские художники - Илья Репин, Иван Крамской, Иван Шишкин, Николай Ярошенко, братья Виктор и Аполлинарий Васнецовы, Василий Суриков, Григорий Мясоедов, Илья Остроухов, Михаил Савицкий, Владимир Маковский, скульптор Леонид Позен, известный искусствовед Адриан Прахов и многие другие. Но особую приязнь он испытывал к выдающемуся мастеру пейзажа Архипу Куинджи, дружба с которым продолжалась несколько десятилетий до самой смерти ученого.

Тогдашняя атмосфера в художественной среде столицы Российской империи была чрезвычайно напряженной. Художники разделились на два больших лагеря - «академистов», которые отстаивали принципы «высокого искусства», и «передвижников», то есть членов и участников экспозиций Товарищества передвижных выставок, которые настаивали на необходимости привнесения в живопись правды жизни и критического отношения к действительности. Попутно заметим, что и среди передвижников не было единства во взглядах на задачи и методы искусства, особенно в последние годы девятнадцатого и в начале двадцатого столетия, поэтому острые споры велись и в них. И пусть как бы там ни было, даже непримиримые соперники в художественных вопросах сходились в Менделеевых, как вспоминала Анна Ивановна, на «нейтральной почве». Хотя, по правде сказать, сторонников «демократической живописи» среди завсегдатаев «среды» было все же больше. Носители традиционных взглядов пытались заходить в Менделеевым в другие дни. Однако в любой ситуации присутствие Дмитрия Ивановича всегда примиряло крайности.

Постепенно гостиная семьи великого ученого превратилась в настоящий художественный клуб. Здесь гости узнавали о последних художественных новостях. Сюда специальные магазины присылали для ознакомления художественные издания, иногда здесь появлялись и статьи, которые не пропустила цензура. Здесь спорили и доходили единого мнения о миссии художника и роль искусства в жизни общества, здесь вели деловые разговоры об организации выставок, здесь обсуждали специальные технические вопросы живописи

К решению некоторых технических проблем подключились и ученые. Более того, встречи вышли за рамки только менделеевской квартиры. Илья Репин вспоминал: «В большом физическом кабинете на университетском дворе мы, художники-передвижники, собирались в обществе Менделеева и Петрушевского для изучения под их руководством свойств различных красок ...» Интересно, что известный физик Федор Петрушевский, о котором писал Репин, до близкого знакомства с художниками занимался, в основном, проблемами электричества и магнетизма, но со временем увлекся вопросами технологии живописи, начал изучать пигменты красителей и свойства красок, ставить опыты по изучению светосилы живописных поверхностей, стал популяризировать учение об основных и дополнительных цветах и их соотношении, и, в конце концов, начал читать лекции в Академии искусств. А в 1883 году он издал книгу «Свет и цвет сами по себе и по отношению к живописи». Активное участие в этих встречах принимал и другой известный ученый - профессор зоологии Петербургского университета и одновременно художественный критик и писатель Николай Вагнер.

Ни одно событие в художественной жизни Петербурга не проходило мимо внимания Дмитрия Менделеева. Собственно, с одного из таких событий началась и его дружба с Куинджи. Это был 1880 год. Мастер только что закончил работу над своей картиной «Ночь на Днепре», она еще нигде не выставлялась, но слухи об этом чуде уже разошлись по городу. В мастерскую Куинджи зачастили любители живописи и корреспонденты. Кто-то привел к нему и Менделеева, а тот, в восторге, вернулся снова, но уже с Анной Ивановной. По ее воспоминаниям, просто в мастерской Архипа Ивановича он впервые высказал те мысли об искусстве, в частности пейзажной живописи, и его связи с наукой, которые чуть позже изложил в своей известной статье, которая впервые была напечатана в газете «Голос» и так и называлась - «Перед картиной Куинджи».

«Меня давно уже интересует вопрос о причине влияния пейзажа на зрителя именно сейчас, в наше время, - писал он. - У древности пейзаж не был в почете ... Тогда вдохновлялись человеком, поклонялись уму человеческому. В науке это выразилось тем, что ее венцом была математика, логика, метафизика, политика. В искусстве художников вдохновлял только человеческий образ ... Но позже, когда разуверились в самобытный силе человеческого разума и в том, что правильный путь к истине можно найти только углубляясь в самих себя, становясь метафизиками, поняли, что исследуя природу, станут лучше понимать и себя так как к внешнему можно относиться менее пристрастно. Стали изучать природу, родилось естествознание ...

... Одновременно, если не раньше, с этой переменой в форме познания родился и пейзаж ... Оба черпают из природы, вне человека ... Человек не потерян как объект исследования и искусства, но он теперь является не как обладатель и микрокосм, а как единица в числе ».

Стоит заметить, что любовь Менделеева к живописи и его бескорыстное содействие развитию отечественного искусства не остались незамеченными: среди его многочисленных почетных званий было и звание почетного члена Императорской академии искусств, которое он получил в 1893 году.

Дмитрий Стефанович

x

Електронний кампус

Інформаційні ресурси

Викладачі КПІ

GitHub репозиторій