You are here

Первый проректор Ю.И. Якименко о теплоносителях, сетях и программе энергоэффективности университета


2018.11.05 Начало отопительного сезона

Одним из главных вопросов, которые сейчас беспокоят студентов и преподавателей, проблема отопления в учебных помещениях и общежитиях. Его поднимали и студенты во время встреч с деканами своих факультетов и директорами институтов. О том, почему в октябре и в начале ноября в аудиториях было, мягко говоря, не очень комфортно, и будет ли тепло в университете зимой, спрашивают и родители студентов. Поэтому с вопросами о том, будем с теплом этой зимой, а также о том, что делается в университете для того, чтобы этот вопрос снять с повестки дня на следующие годы, пресс-служба обратилась к первому проректору КПИ им. Игоря Сикорского Юрию Якименку.

-5 ноября началось подключение корпусов университета к отоплению. Почему, все же, это произошло в ноябре, а не в октябре, как об этом заявляли руководители города?

- Проблема отопления КПИ имеет две составляющие. И первая от нас не зависит. Это подведение и поставка теплоносителя к нашим сетям. Его поставляет ТЭЦ-3, которая работает в Соломенском районе, и ТЭЦ-5, которая расположена в Голосеевском районе. Лишь после того, как они подают теплоноситель в городские сети, в том числе и в нашу, мы можем подать тепло в общежития и учебные корпуса. В этом году, к сожалению, подключение студгородка началось в конце октября, учебных помещений - с начала ноября. А на наши многочисленные обращения относительно ускорения начала снабжения тепла в университет Киевтеплоэнерго (это предприятие, которое обеспечивает столицу Украины теплом и горячей водой - прим. Пресс-службы) не отреагировало.

- В связи с этим следующий вопрос. Теплоноситель вроде начал подаваться, а радиаторы в большинстве корпусов слишком горячими не назовешь. Почему так?

- Здесь следует понимать две вещи. Во-первых, температура теплоносителя регулируется поставщиком в зависимости от температуры воздуха. Это обусловлено соответствующими нормативными актами. Поэтому пока что теплоноситель и не будет очень горячим. Но есть и вторая причина - это потери тепла при транспортировке этого теплоносителя от источника генерации к нам. Расстояние это немаленькое, особенно от ТЭЦ-5, расположенной более чем за 10 километров от нас. Магистральные и распределительные сети являются коммунальной собственностью города, и состояние их, в основном, удовлетворительным не назовешь, отсюда и значительные потери тепла. На это мы повлиять никак не можем. Поэтому даже на входе имеем температуру теплоносителя ниже обусловленной нормативами. Это, конечно, больше проявляется при низких температурах воздуха, то есть эти потери также пропорциональны снижению внешней температуры.

Есть потери и на наших внутренних теплосетях, ведь они сделаны также по устаревшим технологиям. Одна из задач, которую мы сейчас решаем, - передать эти сети на баланс Киевтеплоэнерго, поскольку цена, которую мы платим за тепло, определяется разницей температур на входе в сети, проложенные в университете, и на выходе из них. Если бы все это тепло подавалось в наши корпуса и общежития, это было бы логично, а так мы фактически платим еще и за большие потери тепла. Такое положение вещей нас никак не устраивает. Если же эти потери будут ложиться не на наш бюджет, Киевтеплоэнерго придется с этими сетями что-то делать.

- А принимаются ли какие-то меры, чтобы хотя бы ослабить нашу зависимость от поставщика и его изношенных сетей? Предусмотрено ли что-то для этого в нашей университетской программе энергоэффективности?

- Конечно, мы стараемся принимать все возможные меры для сохранения тепла. Это один из краеугольных камней энергоэффективности. Ведь сколько бы не генерировалось и не поступало тепла, его нужно сохранить. И это уже вторая составляющая проблемы теплообеспечения университета. Если обогревать окружающую среду, а не помещение, не о какой эффективности говорить нельзя. Поэтому еще в 2012 году мы разработали и начали воплощать в жизнь программу энергоэффективности, о которой вы упомянули. Она уже начала давать определенные результаты. Скажем, годовые расходы тепловой энергии значительно уменьшились, то есть уменьшились и суммы, которые мы тратили на их оплату. Благодаря этой экономии нам удалось создать фонд энергоэффективности, средства которого мы используем именно на эти цели.

- А что это за меры, и что сделано в этом направлении за пять лет существования этой программы?

- Это, прежде всего, замена окон и дверей в учебных корпусах (на это ушло почти 14 млн.гривен) и в студгородке (почти 10 млн.гривен). Ремонт и утепление кровель учебных корпусов - почти на 6 млн.гривен.

Кроме того, утепление стен и общая реконструкция здания. Лучшим примером этого является корпус №17. Он был наиболее холодным в университете, теперь - а сейчас один из самых теплых.

Очень важным является также реконструкция индивидуальных тепловых пунктов и установление в них автоматики. Такие работы сегодня проводятся в семи учебных корпусах.

Хотел бы рассказать еще и о таком. Недавно наш университет подключился к проекту повышения энергоэффективности в рамках сотрудничества с энергосервисной компанией (ЭСКО), начатого Министерством образования и науки Украины совместно с Государственным агентством по энергоэффективности и энергосбережению. Этим проектом предусмотрено утепление пяти наших корпусов - №№ 5, 18, 19, 20 и 21. Инвестор будет вкладывать свои средства в эти мероприятия и работы, а компенсацию своих затрат получать только за счет экономии тепловой энергии. То есть, повторюсь, мы будем платить ему только стоимость той энергии, которую сэкономим. Поэтому инвестор очень заинтересован в том, чтобы средства, которые он вкладывает, возвращались ему в полном объеме, и все работы выполняет тщательным образом. К участию в этой программе мы подали еще и пять наших общежитий. Таким образом мы получим дополнительные возможности для концентрации средств для решения вопросов обеспечения теплом как наших учебных корпусов, так и студгородка.

Конечно, мы должны исходить из реалий. К сожалению, та часть работ по теплообеспечению университета, что от нас не зависит, во многом является базовой. Обеспечить температурные режимы, которые будут отвечать санитарным нормам, во всех наших помещениях нам вряд ли удастся. Поэтому мы идем на дополнительные меры по организации учебного процесса в зимний период. Причем уже не первый раз. Это позволяет нам, в отличие от многих других высших учебных заведений, не прекращать учебного процесса зимой и не переносить занятий на летний период, ведь такие переносы снижают качество обучения, заставляют переносить практику и так далее. Мы на это не идем. Судите сами январь позволяет нам работать в экономном режиме, поскольку на него приходится две недели сессии, а экзамены проводятся в немногих аудиториях. Каникулы у нас будут продолжаться до 10 февраля. Таким образом, мы построили график учебного процесса так, чтобы январь и десять дней февраля мы освободили от занятий. Кроме того, во всех корпусах мы разделили учебные помещения по двум категориям: категория "А" - это те помещения, где будет обеспечиваться температурный режим в соответствии с санитарными нормами при любой погоде извне, и категория "Б" - это те помещения, где такой режим из-за их технического состояния и других причин обеспечить невозможно. Поэтому приказом по университету определено, что когда в аудиториях категории "Б" температура за погодных условий снижается, занятия переносятся в помещения категории "А". Мест для этого у нас уже достаточно, только приходится менять расписание занятий. Все факультеты и институты должны это выполнять. И опыт показывает, что такие меры являются достаточно эффективными.

Но следует вспомнить еще об одной проблеме, которую нельзя в этом контексте оставить в стороне. Речь о том, что большинство наших корпусов строились в шестидесятые-семидесятые годы ХХ века, когда более или менее существенных требований по их энергоэффективности просто не выдвигалось. В те времена энергоносители считались чуть ли не бесплатными. Из этого следует еще одна причина холода в наших помещениях: учебные корпуса спроектировано таким образом, что только 60% их объемов обогревается тепловыми радиаторами, а 40% тепла должно идти от тепловой вентиляции. К сожалению, системы тепловентиляции не работают. На это есть две основные причины: во-первых, они являются чрезвычайно энергозатратными и дорогими и, во-вторых, очень дорого обходится также их поддержание в рабочем состоянии. Поэтому как бы не искали мы здесь виновных, имеем что имеем. Поэтому мы и стараемся реализовывать программу энергоэффективности и ищем для этого партнеров, принимаем определенные оперативные мероприятия и т.п., о чем я уже рассказывал.

- Ну и последний вопрос, который следует из нашего разговора. Несколько лет назад конкурс стартапов "Sikorsky Challenge" выиграл проект собственной энергогенерирующей станции. Такая станция могла бы полностью изменить положение вещей. Будет ли она строиться?

- Да, этот проект представила компания "Технологии природы". Стоимость его достигала примерно 290 млн. гривен. Предварительно ее планировалось возвести на улице Борщаговской. Эта станция должна была в режиме когенерации производить электроэнергию для внешних потребителей, а тепловую - для университетских корпусов и общежитий. Однако, этот проект сейчас не реализуется в связи с проблемами землеотвода. Дело в том, что КПИ не может отчуждать свою землю для строительства на ней производственных коммерческих объектов. Таким образом, проблема собственной теплоэлектростанции остается для нас актуальной. Пока продолжаются поиски ее решения.

x

Електронний кампус

Інформаційні ресурси

Викладачі КПІ

GitHub репозиторій